172 ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ. Снег цвета боли. Поэзия. Гоцуленко Владимир

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ


Петербург. Поздний вечер 13 декабря 1825 года. Квартира Рылеева в доме Российско-Американской компании у Синего моста: окна глухо зашторены, в плавающих клубах табачного дыма мерцают свечи. РЫЛЕЕВ, осунувшийся после болезни и бессонных ночей, с горлом, обвязанным шарфом, выслушивает последние донесения, отдает распоряжения, взволнованно ходит между спорящими друзьями и товарищами по борьбе. Люди не расходятся: одни уезжают, приезжают другие. Все происходит"в каком-то лихорадочно-высоконастроенном состоянии". Князь ТРУБЕЦКОЙ сидит в кресле, отхлебывает горячий чай из тонкого стакана и молча наблюдает за происходящим. Вот рядом оказывается Рылеев, и князь останавливает его жестом руки.


ТРУБЕЦКОЙ


Скажи, Рылеев, отчего так много

народу наезжает в поздний час?

Коль действовать решили мы — к чему же

излишняя вся эта суета?!


РЫЛЕЕВ


Легко понять волнение — впервые

такое дело завтра предстоит...

И люди, чтоб осведомиться, едут.


ТРУБЕЦКОЙ (мрачно усмехнувшись)


О чем это? О гибели своей?


РЫЛЕЕВ


Зачем же так?.. Нам все равно придется

идти на смерть. Мы все обречены.

Да, да, Сергей Петрович, это правда!

Вчера Ростовцев письменно отнесся

к царю о нашем обществе.


Стоявшие неподалеку ОБОЛЕНСКИЙ и ЯКУБОВИЧ, заинтересовавшиеся последней фразой, подходят ближе.


ТРУБЕЦКОЙ


Вот как?


РЫЛЕЕВ


Нам изменили, но сие не в силах

расстроить наши планы.


(решительно)


Выступаем!


ТРУБЕЦКОЙ


Легко сказать... Задача усложнилась...


РЫЛЕЕВ


Да, усложнилась, но ведь не настолько,

чтоб веру потеряли мы в успех!


ТРУБЕЦКОЙ


Возможно, ты и прав. Но только как

могло непоправимое случиться?

Какой удар в решающий момент!..

И что Ростовцев?


ЯКУБОВИЧ (Оболенскому)


Князь, он был у вас

и, любопытно знать, с каким же видом?


ОБОЛЕНСКИЙ


Он жалок был, смущен невероятно.


ТРУБЕЦКОЙ


Да мыслимое ль дело объяснить

предательство!


ОБОЛЕНСКИЙ


Вот копия письма.


(Достает из кармана бумагу и читает вслух:)


"В народе и войске распространился уже слух, что великий князь Константин Павлович отказывается от престола. Следуя редко влечению Вашего доброго сердца, излишне доверяя льстецам и наушникам, вы весьма многих противу себя раздражили. Для вашей собственной славы погодите царствовать: противу вас должно таиться возмущение; оно вспыхнет при новой присяге и; быть может, это зарево осветит конечную гибель России… Государственный Совет, Сенат и, может быть, гвардия будут за Вас; военные поселения и отдельный Кавказский корпус решительно будут против…"


(Подает письмо Трубецкому)


В письме своем имен не называет.


ЯКУБОВИЧ


Да, утешенье слабое, ведь он

был, как известно, принят Николаем.

Кто может поручиться, что при этом

он устно никого не называл?


РЫЛЕЕВ


Ручаться глупо. Остается – верить.

Другого, к сожаленью, не дано.


ОБОЛЕНСКИЙ


Он все кричал: "Я не назвал имен!

Я чист перед царем и перед вами!"


ЯКУБОВИЧ


Однако же, какое благородство!

Как трус последний дело наше предал,

и кулаками в грудь – не виноват!


РЫЛЕЕВ


О чем вы, господа? Я не пойму.

С Ростовцевым, по-моему, все ясно –

он в общем мненье будет посрамлен.


ТРУБЕЦКОЙ


Но нам сейчас от этого не легче.


РЫЛЕЕВ


Нет, отступать нельзя. Теперь уж поздно!

Все, может быть, на этот час открыто.

Мы далеко зашли...


ТРУБЕЦКОЙ


Куда уж дальше!


РЫЛЕЕВ


Пути назад для нас не существует,

и каждый должен это осознать!


Двери вдруг распахиваются, и в комнату стремительно входит ПУШКИН. Воцаряется тишина. Все рассматривают вошедшего с удивлением. А Пушкин улыбается, выжидая.


ПУЩИН (радостно бросается к поэту)


Ах, неужели, Пушкин, это ты?!


ПУШКИН


А кто ж еще! Конечно я, дружище!


(Крепко обнимаются)


РЫЛЕЕВ


Ах, Александр Сергеич, дорогой,

прости меня, но как же ты некстати!


(Обнимаются)


ПУШКИН


Я опоздал?


РЫЛЕЕВ

Да если б опоздал!


ПУШКИН


Кто, наконец, мне толком объяснит,

что происходит нынче в Петербурге?!


ПУЩИН


Пока не происходит ничего.


РЫЛЕЕВ


Пока идут пустые разговоры…


ПУШКИН


Меня, Рылеев, трудно провести.

И вовсе не за этим я приехал!


ПУЩИН


Прошу, не обижайся. Дело в том,

что ты нас всех ошеломил внезапным

своим приездом. Рады мы тебе,

но дай же нам опомниться немного!


(Присутствующие окружают поэта. Слышны слова приветствий.)


РЫЛЕЕВ


Ты, Александр Сергеевич, с дороги;

и, вижу, никуда не заезжал?


ПУШКИН


Я прямо к вам!


РЫЛЕЕВ


И правильно! Сейчас

рискованно показываться в свете.

А о приезде знать никто не должен —

всему свой час, ведь время перемен

настало нынче. Многое неясно.

Одно скажу: отрекся от престола

брат старший Николая — Константин.


ПУШКИН


Неслыханное дело! За престол

наследники боролись беспощадно

в любые времена, а тут — отрекся!..


ПУЩИН


Да. Видно, испугался – тень отца

над ним упрямо столько лет витает…


РЫЛЕЕВ


А Николай сегодня подписал

свой манифест. Осталось присягнуть

Сенату и полкам. Все это просто —

и глазом не моргнут...


ПУШКИН


Да как же так?!

Уже ведь присягнули Константину?!


РЫЛЕЕВ


Чему ты удивляешься? У нас

законность — в нарушении законов…


Входит Николай БЕСТУЖЕВ.


БЕСТУЖЕВ


Последнее известие: доставлен

пакет от Константина из Варшавы.


ТРУБЕЦКОЙ


Ну вот и отречение... Теперь

наш риск, пожалуй, станет вдвое больше.


БЕСТУЖЕВ


Сомнений нет – переприсяга утром.


ТРУБЕЦКОЙ


Присяга завтра утром... Может быть,

есть все же смысл вернуться к разговору

о новом сроке?


РЫЛЕЕВ


Что ты! Никогда!

О нас уже доподлинно известно.

Раздумывать и медлить там не станут —

всех нас по одному пересажают,

да так, что толком знать никто не будет,

за что мы арестованы. Нет, нет,

уж поздно в плане что-либо менять!

Как долго ждали случая такого,

и если не воспользуемся им —

нас назовут потомки подлецами!


ПУШКИН (горячо)


Рылеев прав!


ТРУБЕЦКОЙ (с иронией)


Не спорю — вам виднее...


ПУШКИН


Конечно же, я права не имею

судить о планах завтрашнего дня…


(Обращаясь к Рылееву и Пущину.)


Я понимаю – честь не по заслугам,

но все-таки позвольте с вами быть...


РЫЛЕЕВ


Тебе нельзя. Ты — гордость всей России.

У нас же нет гарантий на успех.

И не проси...


ПУШКИН


Все это отговорки!

И я смогу за краткий миг свободы

с достоинством дворянским умереть!


РЫЛЕЕВ


Охотно верю. Но давай-ка завтра

поговорим подробно обо всем.

Сегодня поздно...


ПУШКИН


Поздно завтра будет!


РЫЛЕЕВ


Ну, не упрямься. Это лишь начало…


ПУЩИН


Ты догадался, видимо, что мы

решились ход истории нарушить

и завтра выйдем против Николая.

Ты должен быть свидетелем событий.

Сви-де-те-лем!


ПУШКИН


Спасибо и на том...


ПУЩИН


Не обижайся! Выслушай сначала,

потом уже суди меня. Так вот,

случилось непредвиденное: все мы

на волоске от смерти…


ПУШКИН


Ну и что?!


ПУЩИН


Да то, что нам внезапно изменили —

теперь открыты наши намеренья.

Дальнейшее не сложно предсказать...


ПУШКИН


Теперь я должен, Пущин — нет, обязан —

быть с вами от начала до конца!..


ПУЩИН


Не горячись!


РЫЛЕЕВ


Пойми же, Александр,

ты жертвовать собой сейчас не вправе...


ПУШКИН


Я с вашей стороны такой опеки

не ожидал. Подумать невозможно —

стихами страстно восславлять свободу,

а самому остаться в стороне!


РЫЛЕЕВ


Ах Пушкин, Пушкин! Как же ты некстати!

Ну, будь что будет. Бог тому свидетель —

мы отговаривали, как могли...


ПУШКИН


Благодарю за честь и за доверье!

Я счастлив, и прошу меня принять

в свои ряды…


РЫЛЕЕВ


Давно уже ты наш —

твои стихи нам службу сослужили.

Их знает каждый прапорщик в войсках.

Они — знаменье века и восстанья.


ПУШКИН


Не льсти, Рылеев, ты ведь сам поэт!


РЫЛЕЕВ


Я, брат, не льстец. Льстецов мы здесь не держим.

Однако к делу — ночь уже.


(Оболенскому)


Вы, князь,

наведайтесь в полки перед рассветом.

Сигнал — присяга!


(задумчиво)


Видов на успех,

коль откровенным быть, совсем немного,

да отступить — немыслимое дело…


ТРУБЕЦКОЙ


Немыслимое дело — сгоряча

решать судьбу такого предприятья,

не веря в положительный исход!


РЫЛЕЕВ


Да кто ж не верит?! Просто мы заране

готовыми должны быть ко всему.


ПУШКИН


Скажи, Кондратий, где же остальные?


РЫЛЕЕВ


Давно уж разошлись. Все эти дни

шли бурные собрания.


ПУШКИН


А Пестель,

он с вами? В Петербурге?


РЫЛЕЕВ


В Тульчине.

Его предупредят, что начинаем.


ПУЩИН


Нас юг поддержит — в том сомненья нет.


С дымящимися чубуками подходят БУЛАТОВ и КАХОВСКИЙ.


БУЛАТОВ


Вначале нужно выступить. Потом

рассчитывать на южных.


ОБОЛЕНСКИЙ


Полагаю,

полки готовы. Присягать не станут.


ТРУБЕЦКОЙ


Но на царя, боюсь я, не пойдут.


ЯКУБОВИЧ


Как не пойдут?! Увлечь их за собою!

Припомните: кем бит Наполеон?!


ТРУБЕЦКОЙ


Французы, турки, шведы — кто угодно —

преградою не могут послужить,

а русский царь — совсем иное дело...


КАХОВСКИЙ


И это вы, герой Бородина,

диктатор наш, такое говорите?!


ТРУБЕЦКОЙ


Я говорю, что думаю. А вас

просил бы обходиться без эмоций!

Они здесь ни к чему.


БУЛАТОВ


Сергей Петрович,

а как же поступать, когда нам вдруг

придется принимать крутые меры?


ТРУБЕЦКОЙ


По обстоятельствам. Предполагать,

рассматривать десятки вариантов —

занятие пустое. Есть ведь план,

и ежели он будет выполняться,

то меры, о которых говорите,

нам не понадобятся, дай-то Бог.


ПУШКИН


Откуда же сомнения в успехе?


ТРУБЕЦКОЙ


Менять правленье — не стихи слагать.

Не обижайтесь, Пушкин. Нужен опыт.

Нужны не только верные полки,

но и единство взглядов. До сих пор ведь

одни за конституцию с монархом,

другие за республику. Вам ясно,

что избран был диктатор не случайно?

А это же не выход — полумера.

Посмотрим — ждать недолго остается.


ЯКУБОВИЧ


А я и чернь включил бы в наше дело:

разбил бы, для начала, кабаки,

повыносил бы из церквей хоругви

и прямиком отправил ко дворцу.

Солидная нам вышла бы подмога!


ТРУБЕЦКОЙ

Но это невозможно — выйдет бунт!

В истории россейской есть примеры

подобных выступлений…


ЯКУБОВИЧ


Стало быть,

боитесь пугачевщины? Напрасно!

Коль мы не сковырнем царя, то он

произведет похлеще беспорядок…


ТРУБЕЦКОЙ


И слушать не хочу!


РЫЛЕЕВ


Сейчас не время

для споров. Поздно. Все уж решено.

Сергей Петрович, помни, за тобою

решающее слово. Наш успех

от руководства твердого зависит.


ТРУБЕЦКОЙ


Тогда до завтра. Что нас ожидает...


РЫЛЕЕВ


Все в Божьей воле. Верю — повезет.

И даже коль постигнет неудача,

но будет потрясение. Оно

других научит действовать смелее.

Тактическая схема революций —

в дерзании!


(Трубецкому)


Дозволь тебя обнять!


(Обнимаются.)


ТРУБЕЦКОЙ


Прощайте, господа! Итак, до завтра...


(Отводит в сторону Рылеева.)


Но ежели на площадь завтра выйдет

одна лишь рота или, скажем, две,

то действовать, Рылеев, мы не станем.


РЫЛЕЕВ


Давай не будем забегать вперед...


Вместе с Трубецким, молча простившись, уходят Булатов, Бестужев, Якубович.


ПУЩИН


Уж заполночь, друзья; теперь осталось

недолго ждать минуты роковой.

И нам пора. Давайте расходиться!


РЫЛЕЕВ


Решится участь наша — станет легче.

Ну, а теперь действительно пора.


ПУЩИН


О нас напишут целые страницы...


КАХОВСКИЙ


Напишут, верно. Но не ради славы

пойдем мы завтра грудью на штыки.

Кто посягнул на голову чужую,

тому не должно думать о своей.


РЫЛЕЕВ (задумчиво)


Погибнем мы — взамен придут другие.

Настанет день Свободы, и тогда...


(Неожиданно обращается к Каховскому.)


Любезный друг, ты сир на этом свете...

Для общества пожертвуешь... собой?


КАХОВСКИЙ


Что должен сделать я?


РЫЛЕЕВ


Открой нам ход —

убей... царя.


КАХОВСКИЙ


Да как же это сделать?


РЫЛЕЕВ


Ты помнишь, Петр, не раз мы говорили

с тобой об этом...


КАХОВСКИЙ


Помню... Я готов.


РЫЛЕЕВ


Прости... Я знал, я верил, Петр Григорьич,

что ты герой. Запомни, милый друг:

свободная Россия не забудет

твой подвиг...


КАХОВСКИЙ (сильно волнуясь)


Повторяю — я готов...

Хотя... Хотя... в последнюю минуту...

такое поручение... Но я...

готов, конечно, жертвовать собою...


Рылеев подает Каховскому кинжал. Он смотрит на него с недоумением, берет в руки и не знает, куда его деть. Слезы накатываются на глаза. Все обнимают Каховского.

Гаснут свечи, и только теперь становится видно, как за окнами, в тусклом свете уличных фонарей, бесшумно падает снег. Тяжелый, как предчувствие...


14 декабря 1925 года в Петербурге было очень холодно. Снег скрипел под ногами. С самого утра мятежные и правительственные войска просто стояли друг против друга. И те, и другие чего-то ждали.

Расстрелять картечью плотное построение повстанцев было наиболее логичным в военном отношении выходом. Но Николай медлил – а что скажут Россия и Европа? Станет ли артиллерия стрелять по своим? Не вызовет ли расстрел верных первой присяге гвардейцев озлобления в других полках? Разве настоящий царь повелит стрелять в своих подданных, когда они требуют всего-навсего доказательств законности переприсяги?

У декабристов возникла иная проблема – отсутствовал диктатор восстания Трубецкой. Он так и не появился на площади – струсил. Без него никто не решался отдавать приказы. К тому же дрогнули Булатов, Каховский, Якубович. Нет, они были на Сенатской, но в последний момент отказались от своих поручений, жизненно важных для успеха всего дела. Установленный план разваливался прямо на глазах. После полудня декабристы избрали нового диктатора, князя Оболенского, но бесценное время было упущено. Восставшим оставалось лишь одно - дожидаться наступления спасительной темноты.

Три тысячи солдат из взбунтовавшихся полков стояли на Сенатской площади. Двенадцать тысяч присягнувших новому императору – вокруг нее.

Солнце зашло в три часа дня и было сумеречно. Войска мерзли на пронизывающем ветру. Без конца так не могло продолжаться, и Николай решился. Пушки заговорили, хотя никто не верил, что это возможно. Расстояние между батареей и восставшими не превышало сотни шагов. Вскоре все было кончено. Зловещая темнота опустилась между живыми и мертвыми…

v.gotsulenko@gmail.com